?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
До сердюковских реформ наша армия могла бы отразить агрессию геополитического противника
angl_f_dth

Соболев Виктор Иванович родился 23 февраля 1950 года в г. Краснодаре. Окончил Бакинское высшее общевойсковое командное училище имени Верховного Совета Азербайджанской ССР в 1971 году, Военную академию имени М.В. Фрунзе и Военную академию Генерального штаба ВС РФ. Прошел должности от командира мотострелкового взвода до заместителя командующего армией. С 2002 года – заместитель командующего ОГВ (с) на Северном Кавказе. 2003-06 гг. командующий 58-й армией Северо-Кавказского военного округа. С 2006 года главный военный советник посольства России в Индии. Покинул пост по достижении предельного возраста в декабре 2010 года







– До сердюковских реформ наша армия могла бы отразить агрессию геополитического противника, а после реформ нет. Целью реформ было оставить небольшую армию, достаточную всего лишь для того, чтобы отбить отряды боевиков.
– Третий год, как у нас другой министр обороны. В армии что-то изменилось?
– Ожидавшихся радикальных мер по восстановлению армии не произошло. Восстановили две дивизии, да и то не полностью. В них только по два полка, а должно быть по четыре.
Сравнивая с НАТО, у нас на западном направлении соотношение сил и средств по основным видам вооружения один к десяти, а на востоке – один к двенадцати. Вместо того чтобы восстанавливать боеспособность Вооруженных сил, мы имеем, я бы сказал, пиар, якобы у нас что-то делается. А реально, как сформировали бригады, так они и остались. Бригада – это четверть дивизии. Мне часто задают вопрос: способны ли мы противостоять угрозам? К сожалению, не способны. У нас даже государственную границу толком нечем прикрыть.
– Нам говорят: у нас есть ядерное оружие.
– Ядерное оружие – это аргумент для политиков. Ну кто решится на применение ядерного оружия? Думаю, никто. Главным фактором сдерживания противника является баланс сил. Но после сердюковских реформ у нас баланс сил далеко не в нашу пользу. Нужно немедленно восстанавливать армию до такого уровня, чтобы она могла отразить агрессию на любом стратегическом направлении.
Даже ядерный щит, созданный в СССР, уже далеко не тот, что был. У нас нет боевых железнодорожных комплексов, которые были неуязвимы и могли нанести ответный удар. У нас значительно сокращены ракеты шахтного базирования, так называемые «Сатана». Как военный человек, не считаю, что теперь нас этот щит надежно защищает.
Даже сейчас, в условиях конфронтации, когда Запад называет Россию своим врагом и окружает нас своими базами, мы, следуя Венским договоренностям 2011 года, пускаем западных представителей инспектировать наши вооружения. Они знают, где находятся наши ракеты, воинские части, где находится каждый наш танк, каждая боевая машина. Вдруг какой конфликт, они, обладая высокоточным оружием, первым же обезоруживающим массированным ударом уничтожат большую часть наших вооружений.
Об этом нужно кричать! Нам необходимо выйти из Венских договоренностей 2011 года. Они стали продолжением предательского договора об обычных вооруженных силах и вооружениях в Европе, который заключал еще Горбачев между НАТО и Варшавским договором. НАТО с тех пор расширилось и усилилось, Варшавского договора нет, а мы все соблюдаем их правила, подписываем Венские договоренности, которые позволяют им инспектировать до Урала все наши ракетные войска стратегического назначения (РВСН).
В этом, 2015 году американцы инспектировали, что там у нас в Нижегородской области.
– Нас заверяют, что дадут адекватный ответ…
– В 90-е годы нас убеждали, что у демократической России врагов нет и что мощная армия нам не нужна – это слишком дорого, армию надо сокращать.
Сердюков сократил 200 тыс. офицеров, 5 тыс. прапорщиков. Фактически две трети военнослужащих было сокращено. Оставшимся добавили заработную плату за счет уволенных.
А сейчас встал вопрос о том, что возможна агрессия против нас, причем не сегодня завтра. Нужно немедленно восстанавливать армии, дивизии, полки, округа, чтобы на каждом стратегическом направлении были вооруженные силы.
– Россия снова оказалась в таком же враждебном окружении, как Советский Союз накануне Второй мировой войны?
– С политической точки зрения ситуация сходная. Но по готовности к противодействию угрозам мы сейчас находимся в значительно более проигрышном положении, чем тогда. С 1 сентября 1939 года до 22 июня 1941-го в СССР было создано 125 дивизий. А у нас на данный момент в сухопутных войсках всего 39 бригад. И как это сравнить? У нас нет того запаса прочности, что был при социалистической экономике. Сталин ставил задачу, чтобы страна имела такую армию и экономику, которые могли бы противостоять агрессии не одной стране, а коалиции государств. Сталин учитывал все враждебные вызовы. Мы создали прочную экономическую базу, она и стала основой нашей Победы в 1945 году.
А сегодня какая у нас экономика? В плане на приватизацию – Уралвагонзавод, последнее предприятие, которое выпускает современные танки. Приватизируют – и что? Разве частник будет стремиться произвести в 10 раз больше танков? Ему главное прибыль, иначе он даже не пошевелится. С моей точки зрения, все предприятия военно-промышленного комплекса должны быть государственными и четко выполнять госзаказ по производству оснащения для армии.
– На параде 9 мая был показан новый танк «Армата». Впечатляющая машина.
– Нам показали технику, которая не прошла не только государственные испытания, но даже заводские и полигонные. На параде должна идти техника, которая есть на вооружении. На вооружении таких танков нет, их возможности еще не проверены.
– Какое влияние на общую обстановку в мире и нашу безопасность оказывает украинский фактор?
– С самого начала надо было признать результаты референдумов, проведенных в ДНР и ЛНР, оказать помощь республикам. Хотя бы заявить украинской власти, что если вы будете уничтожать население республик, которое высказалось за свою независимость, то мы не будем стоять в стороне. Но ничего такого не было. Люди Донбасса надеялись на такое же развитие событий, как в Крыму. И результаты референдумов были такие же, как в Крыму. Но Путин был против референдумов на Донбассе.
Война на Донбассе – очень большая угроза для России, и, конечно, для ДНР и ЛНР, не чуждых нам. У них еще не сформировалась государственность, нет подготовленных вооруженных сил. Но они отчаянно защищают себя. В прошлом году можно было бы закончить этот конфликт. Но мы остановили ополченцев после Иловайского котла. И тем самым спасли от полного разгрома Вооруженные силы Украины. Они деградировали еще больше, чем наша армия. А сейчас, получив американскую помощь, ВСУ значительно усилили свою боеспособность. И уже сегодня ополченцам труднее им противостоять.
В республиках положение осложнилось. Мы им везем гуманитарную помощь бесплатную, а на ней мафия выросла. Вместо того, чтобы все раздать людям, многие привезенные товары оказываются в магазинах и продаются за деньги. И там нашлись ловкачи, которые наживаются на войне и беде.
– Каким может быть выход на Донбассе?
– Первое, нужно на политическом уровне заявить, что мы не позволим уничтожать русское население в республиках. Второе – оказать практическую помощь, признать республики и выстраивать с ними экономические отношения.
Только происходит все не так. Россия на Украину отправляет кемеровский уголь, а Порошенко «в знак благодарности» заявляет, что мы воюем с Украиной. Ну что можно ждать от властей, совершивших государственный переворот при поддержке Запада? Виктория Нуланд, не стесняясь, говорит, что «демократия» на Украине обошлась в 5 млрд долларов. Так стоит ли такую власть выручать угольком?
– Виктор Иванович, вы председатель движения в поддержку армии, повышения обороноспособности. Что предпринимаете для укрепления безопасности нашей страны?
– На всех уровнях требуем восстановления наших Вооруженных сил до того уровня, когда они могут свободно отразить любую агрессию геополитического противника. Мы тесно взаимодействуем с думским комитетом по обороне, с коллегами по нашему боевому цеху. Мы настаиваем на том, чтобы все юноши, начиная с 17 лет, проходили шестимесячное обучение воинским специальностям. А потом уже – год срочной службы. Нам нужен сильный мобилизационный резерв. Мы не одобряем перевод армии на контрактную систему. В России никогда не было наемной армии. Нам нужны защитники, а не наемники.
На днях мы провели исполком нашего движения. Мы констатируем, что наши усилия по сохранению Академии РВСН в Москве не пропали даром. Ее Сердюков хотел выпихнуть из столицы. А нам удалось ее отстоять. Воюем! Думаю, и армию восстановим. Внешние угрозы действуют отрезвляюще на многие умы.

Беседовала
Галина ПЛАТОВА
АНТИМАЙДАН. ЛЕВЫЙ ПОВОРОТ